Такая простая и загадочная китайская лапша

Вот только китайской лапше не посвящает книг Стивен Кинг, по ее сценариям не ставят фильмы, а сама она никогда не прославится на тридцать седьмом году жизни. Но не будем придираться и отбросим эти несущественные различия между творчеством Эми Тан и лапшой, а то остынет.

Начав свою писательскую карьеру с отправки многостраничных писем друзьям, госпожа Тан в то же время подрабатывала на полную ставку секретаршей, ссорилась с мамой, боялась призраков и подзаряжала севшие батарейки в фонарике одним левым глазом. Остановимся на маме и призраках подробнее - как раз из них и растут ноги простых и безыскусных произведений госпожи Тан. Мать Эми, китайская эмигрантка в первом поколении, за свою долгую американскую жизнь так и не смогла выучить английский. Зато здорово разбиралась в призраках, древних китайских тайнах и пугала свою дочь репликами типа: "Не обманывать меня, Эми. Призрак Чинь Ту говорить, ты не чистила зубы".

Оливия, героиня "ногастого" романа "Сто тайных чувств", воспитывалась старшей сестрой Кван Ли, эмигранткой в первом поколении, за свою долгую американскую жизнь так и не выучившей английский. Зато Кван здорово разбиралась в призраках, древних китайских тайнах и пугала свою сестру репликами типа: "Какой круглый луна! Столько призраков стоять вокруг кровати".

Все действующие лица романа Эми Тан - китайцы, и поэтому нет ничего удивительного в том, что в прежней реинкарнации они знали и любили друг друга. Муж Оливии и в прошлой жизни был ее любимым, старшая сестра - подругой-компаньонкой, а бывшая девушка мужа - ее, Оливии, матерью. По воле автора сестры попадают в Китай, где две жизни, прошлая и настоящая, сливаются в одну, древние клятвы выполняются, а рациональная Оливия понимает, что все страшные сказки Кван и есть суровая правда жизни.

Между тем Эми Тан через весь роман, местами ужасно страшный, местами ужасно трогательный и смешной, несет одну-единственную мысль. Доносит, не расплескав, до 458-й страницы, забирается на трибуну финальной главы и с прямолинейностью секретарши провозглашает: "Я думаю, что Кван хотела показать мне, что мир - это не строго ограниченное пространство. Мир - это безграничность души. А душа - это любовь, бескрайняя, бесконечная, ведущая нас к познанию истины. Раньше я была уверена, что любовь - это не более чем блаженство. Теперь я знаю, что любовь - это и печаль, и тревога, и вера, и надежда. А вера в призраков - это вера в бессмертие души. И если те, кого мы любим, умирают, это значит, что отныне мы не можем воспринимать их с помощью обычных чувств. Но если мы помним о них, то всегда сможем найти их при помощи ста тайных чувств".