"Я побывал в нетронутом мире"

На протяжении ряда лет сотрудники кафедры охотничьего ресурсоведения и заповедного дела Красноярского госуниверситета проводят в бассейне реки Сым исследования, которые должны послужить биологическим обоснованием необходимости образования в этом регионе природного парка. "Визитной карточкой" Сыма являются распространенные там в большом количестве глухари.

Аспиранты биофака Игорь Савченко и Константин Репин занимаются изучением этих птиц. Поэтому весной прошлого года они отправились в экспедицию на реку Сым. От Красноярска им предстояло преодолеть расстояние в 900 километров, причем последние 250 километров - от села Ярцева - на вертолете. Другим транспортом до места назначения было и не добраться:

Люди и птицы

Стоило только металлической "стрекозе", вибрировавшей и дребезжащей подобно всем ее собратьям, набрать нужную высоту, как пассажиры сразу забыли о всех тяготах пути - раскинувшееся под ними таежное море завораживало и наводило на мысли о вечном. Гармонию великой природы лишь изредка, да и то ненавязчиво, нарушали избушки охотников и рыбаков.

Через час с небольшим вертолет приземлился около поселения староверов. Благодаря художественной литературе и публикациям в СМИ о жизни и быте староверов известно многое. И все же молодые красноярские ученые были поражены. Даже не столько тем, что отшельники, живя в глухой тайге, сумели своими малыми силами построить большие, добротные дома, сколько самим их образом жизни. Позже Игорь Савченко записал в своих заметках: "Я был удивлен бытом этих людей, проживших здесь не один десяток лет, в глуши, вдали от городов, деревень, радио и телевизора, воспитавших детей, у которых вместо букваря уже с раннего детства в руках было ружье и рыболовные снасти. Для них дико курить, сквернословить, есть конфеты и слушать музыку, зато обыденно встретить у порога заблудшего медведя или лося, поймать рядом с домом метровую щуку или здоровенного язя".

Гости из Красноярска пробыли у староверов совсем недолго, им предстояло плыть по Сыму дальше, в глубь тайги, и все местные жители, от мала до велика, вышли их проводить. Они еще долго стояли на берегу, глядя вслед катеру, уносящему путников. Но это трогательное прощание наводило на невеселые мысли, которые и записал потом Игорь Александрович в путевом дневнике: "Бережно относясь к природе, староверы берут от нее самое необходимое и жалуются лишь на обеднение леса, связанное с деятельностью леспромхозов и браконьеров. Долго ли еще проживут эти люди в стремительно наступающем 21-м веке, смогут ли защитить себя?" Староверы знают, для чего к ним на реку приезжают ученые люди из Красноярска, и прекрасно понимают - создание на Сыме природоохранной зоны принесет для них только пользу.

Глухариная песнь весны

Двум молодым биологам необходимо было найти глухариный ток. Но где именно он может находиться? В обширной тайге поиски глухариного тока вполне сопоставимы с поисками иголки в стоге сена. Днем глухарей вообще вместе не увидишь, в это время они кормятся каждый сам по себе и слетаются на токовище только в утренние или вечерние часы. К тому же в конце апреля в тайге еще вовсю лежит снег, передвигаться можно только на охотничьих, подбитых камусом лыжах. А после приезда Игоря и Константина ко всему прочему зарядил нудный, беспрерывный дождь. Мех на лыжах промок очень быстро, ощущение было таким, будто к лыжам прицепили по парочке пудовых гирь. Первые два дня никаких результатов не дали. Зато на третий...

Наматывая очередной километр все под тем же дождем, Игорь Александрович заметил на снегу глухариный след. Пройдя немного вперед, он увидел десятка два-три глухарей. "Птица в тех местах непуганая, на человека реагирует спокойно, потому и подпускает к себе довольно близко. Чего, кстати, не бывает в более обжитых таежных местах. Там птица, чуть завидя человека, сразу поднимается, - вспоминает Савченко. - В общем, нам тогда в наших поисках здорово повезло". Но найти токовище, растянувшееся более чем на полтора километра, - это половина дела. Предстояло самое важное - устроиться так, чтобы, не мешая птице, наблюдать за ее естественной жизнью. Для этой цели на краю токовища был установлен скрадок - небольшая полукруглая палатка защитного цвета. В ее небольшом замкнутом пространстве и предстояло просидеть молодым людям с шести вечера и до утра. Про те часы аспирант записал следующее: "Сумерки быстро поглотили лес. Где-то вдалеке заухал одинокий филин, застучал мелкой барабанной дробью пестрый дятел. Через несколько минут все стихло, и весенняя природа окончательно стала погружаться во тьму. Но засыпать еще рано. Именно сейчас, нарушая тишину, возвращаются с кормежки глухари. Вот и они. Взрослый самец, громко хлопая крыльями, тяжело садится на верхние сучья сосны в нескольких метрах от меня. Отмечая свое присутствие, несколько раз крекает и затихает. Здесь он начнет свою утреннюю песню завтра. Словно по команде, с разных сторон стали подлетать на свои участки и другие глухари. Проходит полчаса, и все смолкает. Ночь проходит тревожно, то и дело просыпаешься, посматриваешь на часы. Час, два, три, четыре: совсем темно и тихо в лесу, только слышно, как легкий ветерок гуляет по верхушкам деревьев. Небо едва заметно стало светлеть на востоке. И вдруг в какой-то момент зазвучали редкие осторожные щелчки "теке", "теке". Сердце трепетно застучало: вот и долгожданная песня".

На скрадок, установленный на токовище, глухари не обращали никакого внимания. Некоторые из них пели в полутора метрах от него, а одна из самок взлетела прямо на стойку крыши и долго находилась там, а самец в это время пел на земле совсем рядом, иногда даже задевая крылом брезентовые боковины укрытия. Но одно дело - просто наблюдать за птицами и совсем другое, когда начинаешь делать их фотосъемку. "Холодная апрельская ночь дает о себе знать, - продолжает Игорь Александрович, - могут запотеть линзы фотообъектива, к тому же глухарь постоянно перемещается, уходит с резкости, внимательно прислушивается к странным щелчкам фотоаппаратуры. А то предательская тоненькая травинка или валежина мешают сделать удачный кадр, или вовсе неожиданно пойдет снег, дождь. Не одну ночь приходится провести на току, не один десяток пленок приходится израсходовать, чтобы сделать несколько снимков птицы. А потом наступает день, когда глухари один за другим покидают токовища. Пора выбираться из скрадка. Затекшие ноги и бока дают о себе знать: Но в футляре лежит еще одна заснятая пленка - настоящий трофей, которым можно гордиться не меньше, чем подстреленной дичью. Красочное зрелище глухариного тока - символ весеннего ликования пробудившейся тайги - не забудется уже никогда".

А в город опять пришла весна. И наверное, стоит иногда среди его шума и суеты на мгновение приостановиться и задуматься о том, что за сотни километров от нас лежит другой мир, мир природы Сыма и людей, живущих в гармонии с ним. Мир - более настоящий, более вечный, но и более хрупкий:

На территории Красноярского края кроме бассейна реки Сым планируется создание еще нескольких особо охраняемых природных территорий. При этом некоторые из них - "Канское Белогорье", "Ергаки", а также "Сымский" - международными природоохранными организациями планируется оформить в качестве Дара планете Земля.